Автор: Андрей Сарабьянов
Москва: RA, 2009
472 с., ил., 25,5 х 21 см
В издательском тканевом переплете. Очень хорошее состояние
Жанр этой книги – жизнеописание – определил особый подход к теме. Чтобы в полной мере представить живой образ художника Льва Александровича Бруни, нужно было собрать как можно больше свидетельств его современников. А таких свидетельств оказалось много.
Набоков сказал, что «изобилие цитат – чрезвычайно раздражительное явление, ибо цитаты – векселя, по которым цитатчик не всегда может платить». Сознавая такую опасность, автор, тем не менее, в полной мере дает возможность говорить тем, кто окружал Льва Бруни при его жизни, – родным, друзьям, художникам, искусствоведам. Поэтому в книге часто звучат голоса Николая Пунина, Владимира Фаворского, Владимира Татлина, Владимира Милашевского, Виктора Эльконина, Константина Эдельштейна и других, кто знал и любил Льва Александровича.
Но больше всего сведений сохранила невероятная память его жены Нины Константиновны Бруни. Благодаря ее записям и фонограммам ее рассказов мы знаем многие подробности не только их совместной жизни, но и творческого пути художника.
В жизни Льва Бруни, охватившей практически первую половину ХХ века, как и в его искусстве, сопрягались многие силовые линии эпохи.
С одной стороны – наследник классических традиций, потомок, по материнской линии, нескольких поколений акварелистов Соколовых, а по отцовской – художников и архитекторов Бруни во главе с известным академиком Федором Антоновичем.
С другой – он лидер авангардного «сообщества квартиры № 5», верный последователь Татлина, важная фигура в петроградском авангарде.
За соединение столь противоречивых качеств Александр Бенуа назвал его «академическим футуристом».
От революции он уезжает в Сибирь, где, находясь «под Колчаком», открыто высказывает свои антибольшевистские взгляды. А потом смело возвращается в Петроград и даже некоторое время работает в Отделе ИЗО Наркомпроса.
Он православный христианин и духовный сын оптинского старца Нектария. Вместе с женой и матерью становится свидетелем последних лет существования и разрушения Оптиной пустыни.
В 1920-1930-е годы он преподаватель Вхутемаса-Вхутеина. С 1935 и до конца жизни – основатель и бессменный руководитель Монументальной мастерской.
Но более всего он известен, как замечательный график и иллюстратор.
Издание на русском языке.
